Select language... eng  
Главная Драгоценные камни Демантоид

Демантоид

gemantoidДемантоид, или зеленый гранат (андрадит), — кристалл зеленого цвета Ca3Fe2(SiO4)3, — это самый мягкий из гранатов, по Моосу 6,5–7. Его окраска варьируется от практически бесцветной до желто-зеленой, но наиболее ценным является густой ярко-зеленый цвет. Лучшие образцы этого камня добывают в России — это наша гордость и немалая ценность. Мало кто знает, что из всего обилия драгоценных камней, добываемых на планете, в нашей стране имеется всего лишь два уникальных и лучших в своем роде камня, и оба они с зеленым оттенком. Но русские красавицы продолжают гоняться за бриллиантами, словно задались целью обогатить «Де Бирс».

Зеленый гранат из России с успехом продается в Америке, Великобритании, Японии и Гонконге. Демантоид добывают в Италии, США, Мексике, Намибии и Иране — но такого, как у нас, нет больше нигде! Возможно, все дело в преклонном возрасте Уральских гор. Когда-то они были высокими и скалистыми, как Гималаи, но за сотни миллионов лет почти стерлись, стали похожи на округлые холмы. Все коренные залежи камней на Урале уже давно размыты. Ученые предполагают, что демантоида много на Кавказе, в Альпах и в Гималаях, но это все молодые горы, и дождаться там появления россыпей сверкающих кристаллов можно будет лишь через десяток-другой миллионов лет, когда вода и ветер сделают свое дело...

Нашли демантоид сравнительно недавно, в середине XIX века, на реке Бобровке в Уральских горах. Поэтому в России его нередко называли «бобровским гранатом» или «уральским изумрудом», а на Западе — «сибирским хризолитом». Позднее месторождения демантоида были открыты на Камчатке.

Иногда обнаруживают места, где по всем признакам образовывались коренные тела, но находки сырья там редки. Все уже давно вымыто реками и дождями, так что большое количество демантоида осело в древних речных водоворотах и заводях — это называется аллювиальным процессом. Зачастую люди, не знающие основ геологии, берутся копать вглубь там, где относительно много камней встречается на поверхности, полагая, что уж если копнуть поглубже, то можно наткнуться на богатую залежь... Но если бы все было так просто. Известно много случаев, когда старатели пытались вскрыть предполагаемые места залежи, вгрызались в глубину, подкапывались под огромные каменные глыбы, но только теряли на этом время и деньги.

«Конский хвост»  в кристалле (увеличено)«Конский хвост» в кристалле (увеличено) gemantoid_01 В сапфировой оправеВ сапфировой оправе

Насколько легче искать камни в тропических странах, где тоже немало аллювиальных месторождений. Горы там молодые, но зато размываются гораздо быстрее, всего за какие-то десятки миллионов лет. Длительный сезон дождей и частые ураганы делают свое дело — по их окончанию в Мьянме и Шри-Ланке толпы народу идут искать камни, вымытые ливнями, и редко кто возвращается без добычи. Согласитесь, это легче, чем копать слои речных отложений. У нас же, наоборот, горы всю долгую зиму защищены снегом, так что несмотря на свой возраст, размывается тот же Урал очень медленно.

Поскольку уральские месторождения на карте не обозначены, а территория, где можно найти камушки, довольно велика, вокруг «бобровского граната» сложился определенный стиль поведения, своего рода неписаные правила. Вникнуть во все это довольно сложно. Тут не принято расспрашивать, пытаться что-то узнать, это только вызовет подозрения. В атмосфере не совсем понятных взаимоотношений с участием властей и милиции, многие местные жители годами рыщут по горам, мечтая отыскать прекрасный камень и, наконец, обеспечить семью. Но даже если и находят что-то ценное, то все равно получают гроши. Законы требуют тут же сдавать камни государству за проценты, а поскольку добытчики ведут поиск вне правового поля, они открыты для шантажа и «наездов» криминальных структур. Никто их не защищает, поэтому основная прибыль оседает в карманах многоступенчатой системы скупщиков.

Тем, кто хочет приобрести демантоид, приходится иметь дело с верхним звеном этой доморощенной мафии. Договориться с этими людьми очень трудно. А когда они все-таки соглашаются вам что-то продать, в дело вступают новые игроки. На местах выезда с мест добычи милиция устраивает засады и обыскивает машины. При этом информация о том, кто, сколько и когда везет, у нее всегда удивительно точная. Это наводит на нехорошие мысли: а не продают ли им информацию те же люди, что продают сами камни? Конечно, стражи порядка не режут курицу, несущую золотые яйца, а потому с ними всегда можно договориться. Сумма «договора» потом включается в стоимость камня.

Некоторые компании получают лицензии на разведку и добычу демантоида. Между ними тоже идет закулисная борьба, уже с участием Госприроднадзора и Охранприроды. Среди нанимаемых рабочих довольно много выходцев из Таджикистана и других бывших республик СССР. Используются в основном лопаты, кирки и носилки. Работники вовсю утаивают камни от начальства, причем стараются выбрать крупные и ценные. Скупщики селятся рядом и «косят» под отпускников, приехавших полюбоваться на местные красоты. Свердловская и Челябинская области вовлечены в эту доходную бизнес-игру, которая затем продолжается на мировых ювелирных ярмарках в Туссоне, Денвере, Бангкоке, Виченце, Базеле и Гонконге.

gemantoid_04 Демантоидовое насекомоеДемантоидовое насекомое gemantoid_06

Построить бизнес на демантоиде в таких условиях невероятно трудно. Но это не российская специфика, а беда всех аллювиальных месторождений. Их не под силу контролировать никому: ни государству, ни частному бизнесу, ни даже мафиозным структурам. Тем не менее все упорно пытаются это делать. Там, где аллювий разгулялся, всегда будут странные, неупорядоченные взаимоотношения. У нас еще ничего, а вот в Африке — там вокруг аллювиальных месторождений и вовсе жуткие дела творятся.

Демантоид, как и многие другие камни, в основном обжигают. Это делалось еще в XIX веке: на костре при температуре не более 760° в графитовой пудре. Видимо, железо, входящее в состав демантоида, меняет свою валентность, а вместе с ней и окраску минерала. Только камни с месторождения Бобровка не подвергаются обжигу! Наши демантоиды могут быть и мутноваты, и содержать включения, но, пожалуй, это единственный в мире самоцвет, имеющий включение под названием «конский хвост», или «солнышко», которое придает камню дополнительную ценность. Особо ценится, когда лучи «хвоста» идут симметрично вверх от нижней точки, разбегаясь к площадке ограненного кристалла. От этого камень начинает сумасшедшим образом играть и переливаться! К слову, если глянуть в лупу на «конский хвост» и увидеть, что полоски прерываются, то однозначно можно утверждать: камень грели и, значит, его цена должна быть несколько ниже.

Если раньше по цвету различали всего четыре вида демантоида, то сейчас уже говорят об одиннадцати. Окраска бывает трех типов: золотистая, серебристая и красноватая. Но самым лучшим цветом считается густо-зеленый с легкой голубизной. Стоимость такого камня, естественно, прозрачного, возрастает в геометрической прогрессии в зависимости от его размера.

Рыночная цена на демантоид варьируется следующим образом: круглый ограненный камень 2 миллиметра в диаметре (0,02 карата) стоит 350 долларов, 3 мм (0,25 карата) — 450, 4 мм (0,5 карата) — 600, 5 мм (1 карат) — 1000, а пятикаратник легко может потянуть на 10 тысяч долларов за карат. Камни более чем в 10 каратов крайне редки и по насыщенности цвета заметно уступают своим « братьям меньшим». Самый крупный демантоид был найден на Урале и имеет массу 252,5 карата (50,5 грамма).

Название камня происходит от голландского слова «demant» (алмаз) и греческого «эйдос» (подобный), что не случайно. Дисперсия демантоида самая высокая из всех камней после алмаза, он сверкает даже в тени. Поэтому покупателю его предпочитают показывать при неярком свете — он при этом очень сильно выигрывает. Демантоид может сверкать всеми цветами радуги, а по преломлению света он превосходит даже бриллиант! За это Карл Фаберже обожал его и вставлял во многие свои изделия. И в «Гранатовом браслете» Куприна речь идет именно о демантоиде — он тогда был очень популярен в ювелирных украшениях. Сегодня некоторые владельцы этого эксклюзива меняют старые демантоиды на новые, выбор его, несмотря ни на что, шире, чем сто лет назад, и можно подобрать более красивые камни.